Общество / Культура

Игорь Сигов: театр – не завод и не фабрика со своим планом

Игорь Сигов слагает с себя полномочия директора Республиканского театра Белорусской драматургии.  Здоровье Сигова, перенесшего осенью 2011 года инфаркт, не всегда выдерживало огромную нагрузку. Сочетать решение текущих вопросов и кабинетную бумажную работу с выступлениями на сцене родного театра и киносъемками (Игорь Алексеевич был и остается очень востребованным актером) оказалось делом практически нереальным. Да и взгляд артиста, отдавшего себя этому театру и видевшему блеск красной дорожки американского «Оскара», не всегда полностью совпадал с представлениями чиновников.

Одно из последних интервью в роли еще директора Республиканского театра Белорусской драматургии Игорь Сигов дал корреспонденту www.interfax.by.О современном театре:

- Современный театр – это синтез всего. Точно так же, как сейчас требуются универсальные актеры, которые поют, танцуют, владеют пластикой и мастерством актера, так же и театр не должен концентрироваться именно на драме или на комедии, или на каком-то другом определенном жанре. Театр должен совмещать все в себе. Жизнь изменилась, и зрители тоже. Я не говорю, что надо опускаться до примитивного уровня. Нет! Надо стараться, разговаривая их языков, говорить о вечном. Если режиссер может это совмещать, актеры готовы – все реально. Другое дело, что и при этом подходе есть некие каноны театра, которые все равно надо соблюдать, и легко при таком синтезе склониться в одну или другую сторону. Эдакое хождение на грани получается.

Об административной работе:

- Когда я пришел на должность директора театра, у меня открылись глаза на многие вещи, связанные с административной работой. Мне казалось, что все намного проще и прозаичнее, чем есть на самом деле. Все-таки театр – это творчество, созидание. А будучи директором, ты вынужден больше быть направленным на разрушение творческого процесса.

О самоокупаемости театра:

- Театр не может приносить деньги, и он не для этого создан. Театр должен нести культуру, влиять на души. Театр не может окупиться сам, никогда в жизни – у него другое предназначение.

Насколько я знаю, на Западе стационарных государственных театров практически нет. Там есть сборная солянка, когда артисты собираются под определенный проект, и его потом «прокатывают». А репертуарные театры мне известны только на постсоветском пространстве. И то, та же Прибалтика уже уходит от этой формы.

В репертуарном театре есть план. А ведь театр – это не завод и не фабрика, и спектакли не должны ставиться по плану. Они должны рождаться, как шедевры, так же как художник рисует картину. Можно штамповать картины – и что? А можно нарисовать одну – и получится Пикассо.

Увы, чтобы у нас получить финансирование, надо предоставить план и выпускать определенное количество спектаклей в сезон, отчитываясь за это. Качество продукта при этом страдает. Но мы все равно должны делать план…

Чтобы выводить театр на мировой уровень, надо учитывать законы мировые, а не наши. Можно радоваться, что мы поставили какой-то спектакль лучше, чем в других театрах Минска, а можно ставить другие задачи на другом уровне. Но там и затраты другие. Я видел спектакли, затраты на поставки которых доходили до миллиона долларов. Венгерский театр таким образом сделал шикарную поставку «Узника замка Иф». Там было дорогостоящее шикарное оборудование, до которого нам очень далеко с нашими деревянными декорациями.

О зрителе:

- В театр приходит любящий театр зритель, понимающий, желающий и умеющий получать удовольствие от того, что происходит на сцене. Зритель ждет сказки, он приходит в театр за иллюзией, за верой в то, что может произойти что-то хорошее, за желанием окунуться в другие миры. А иногда зритель хочет уйти из театра с вопросом, правильно ли он живет, или с множеством других вопросов. И это не менее ценно.

О современной молодежи:

- Молодое поколение сейчас думает быстрее, оценивает все быстрее. У них ритм жизни другой. И театр современная молодежь видит  по-другому. Для старшего поколения, рожденного в СССР, надо, чтобы все разворачивалось постепенно, и тогда они включаются. А молодежи – наоборот: чтобы сразу и быстро развивались события, у них клиповое мышление. Это все надо учитывать, но не нужно за этим идти, этому поддаваться. Нужно стараться достучаться до глубины их душ. Почему ж современная молодежь не спешит идти в театр? А зачем? Они все могут посмотреть и почитать в интернете. И это проблема. Та, которую надо решать на государственном уровне: как молодых людей привлечь к живому общению, а не к телевизору или компьютеру. Ведь молодежь разучилась общаться вживую. Им не о чем поговорить. Они сидят в своих телефонах и ноутбуках. А мне кажется, что театр – один из путей решения таких проблем.

Правда, тут возникает другая сложность: что им нужно? Каким должен быть спектакль? Не смогут он смотреть 3-часовую постановку Чехова! Им будет скучно, они будут спрашивать «Чего вы тут канючите? Тут и так все понятно». Как все правильно сделать, чтобы привлечь молодежь и дать ей что-то ценное для души, воспитать ее? Можно, конечно, быстренько сделать «дыц-дыц-дыц» какой-то и зарабатывать на этом деньги. Но если мы говорим о воспитании молодежи, о духовном росте, понимании, то это совсем другое. Надо искать, экспериментировать. Мы не можем их заставить думать сейчас так же, как думали мы когда-то. Они будут сопротивляться. Надо дать им то, что они хотят, говорить об их проблемах и помогать найти выход, не навязывая конкретные действия, а предлагая варианты. Может ли этим заниматься театр? Да.

О Купаловском театре:

- Никакой ревности нет. Мы начинали с малой площадки Купаловского, пока не получили эту сцену, на которой сейчас играем. Да, у меня есть здоровый эгоизм и желание делать спектакли не хуже, а то и лучше, чем в Купаловском. Кто-то нас сравнивает, но я отдаю себе отчет: Купаловский – первая сцена страны, что бы ни говорили.

О любви к РТБД:

- Когда театр переехал в нынешнее помещение на Кропоткина, я был еще студентом. Я знаю в этом театре все до последнего гвоздика. Где как пройти, что на чем держится, сколько раз менялась сцена, какие используются и как меняются световые приборы и т.д. Я пришел работать после института именно сюда в 1994 году. Да, многие говорят, что я уже вырос из этой площадки, но мое сердце все равно здесь. И даже если я когда-то уйду в другой театр, это будет другое место работы, но душой я буду так же привязан к РТБД.

О белорусском языке на сцене театра:

- Да, многие боятся белорусского языка. Говорят: «Я ж ничего не пойму, поэтому лучше не пойду». Это мне кажется отговоркой. И это большое заблуждение. Мы играли спектакли на белорусском языке в России и на Украине, и нас прекрасно понимали. Это говорит о том, что белорусский язык не настолько непонятен, как кажется. Да, я тоже не очень любил белорусский и не понимал его, когда учился. А теперь вижу, что нация без языка – это не нация. Это не означает, что вы постоянно должны «размауляць па-белоруску». Но вы должны его знать. И когда с вами говорят на белорусском, ответить на нем же. Если при этом вы прекрасно владеете русским, а когда с вами заговаривают по-английски, переходите на английский язык – это вам тоже плюс. Надо уважать свой народ и свою страну. И язык этой страны. Можно любить его, читая на нем прекрасную литературу, слушая песни, приходя на белорусские спектакли.

Ирина Горошко

Фото: rtdb.by

Добавить комментарий

Содержимое этого поля является приватным и не будет отображаться публично.

Комментарии к статье

Добавить комментарий

Курсы валют

  • Доллар США2.0884
  • Евро2.349
  • 100 Российских рублей3.2751
  • 10 Польских злотых5.4824
  • 100 Украинских гривен7.8287
  • 10 Китайских юаней3.1085
  • Канадский доллар1.5618